Молока лососевых рыб содержит полидезоксирибонуклеотиды (ПДРН), или Polydeoxyribonucleotide (PDRN). По сути, это фрагменты строительных блоков ДНК, которые обладают мощным регенерирующим [1] и противовоспалительным действием [2]. Набирать популярность этот компонент стал благодаря Дженнифер Энистон, которая в 2023 году призналась The Wall Street Journal, что для продления молодости и стимуляции коллагена делает «уколы красоты» со спермой лосося. Еще больше интерес к PDRN в бьюти-индустрии возрос примерно в 2024 году, когда Ким Кардашьян упомянула процедуру с «экстрактом спермы лосося».
Со временем разрекламированный ингредиент начали активно вводить в формулы косметических средств для профессионального и домашнего ухода. По данным издания «РБК Стиль» на 16 января 2025 года, PDRN стал глобальным трендом в индустрии красоты и здоровья в 2025 году. Согласно прогнозам некоторых экспертов, это «молодильное вещество» в ближайшие несколько лет останется одним из значимых трендов в антивозрастной и восстановительно-реабилитационной косметологии [3].
ЧТО ТАКОЕ PDRN?
Полидезоксирибонуклеотиды — это стандартизованные короткие фрагменты ДНК, соединённые в цепочки. PDRN не несут генетической информации и не способны изменять геном, а действуют как сигнальные молекулы, запуская процессы регенерации и восстановления тканей.
Нуклеиновые кислоты — это высокомолекулярные органические соединения, биополимеры, образованные остатками нуклеотидов. Они бывают двух типов: ДНК (дезоксирибонуклеиновая кислота) и РНК (рибонуклеиновая кислота). Полидезоксирибонуклеотиды представляют собой короткие низкомолекулярные фрагменты ДНК; это линейные полимеры, состоящие из смеси двухцепочечных дезоксирибонуклеотидов. Длина их молекул, по одним источникам, варьируется в диапазоне 80–2200 пар оснований, по другим, ещё короче — 50–2000. Молекулярная масса таких соединений находится в пределах от 50 до 1500 кДа.
Биохимическая активность фрагментированных ДНК–РНК связана с А2А-рецепторным путём, ангиогенезом, противовоспалительным действием и нуклеотидным перерабатывающим salvage-путём. Salvage pathway — путь утилизации, метаболический механизм, который позволяет клеткам перерабатывать нуклеотиды, восстанавливая их из продуктов деградации. Этот процесс экономит энергию и ресурсы, т.к. не требует синтеза нуклеотидов с нуля.
В настоящий момент уже имеется достаточно положительных результатов клинических испытаний и практического применения PDRN. Его используют прежде всего в качестве средства для заживления ран и язв, различных повреждений кожной и хрящевой ткани, а также для омоложения кожи и восстановления роста волос. В эстетической медицине доказательства эффективности часто касаются продуктов, обозначенных как «PN/PDRN», т.е. «полинуклеотиды/полидезоксирибонуклеотиды». Однако эти виды родственных биополимеров всё-таки имеют различия по структуре и размеру молекул (табл. 1).
Научно-рецензионная платформа Frontiers-review предупреждает, что свойства PDRN нельзя механически переносить на другие ДНК-содержащие продукты с иным происхождением, молекулярной массой и производственным процессом получения [5].
СРАВНЕНИЕ PDRN РАЗЛИЧНОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ
Термин PDRN закрепился за ДНК-фрагментами ещё в 1960-х годах. Активная фракция PDRN была выделена из плаценты, и классические плацентарные препараты остаются привлекательными до сих пор.
Важной вехой стала работа Tonello et al. (1996), где в активной плацентарной фракции определили 50–2000 полинуклеотидов. Именно на этой базе возник первый коммерческий препарат Placentex — средство для инъекций производства Италии.
На сегодняшний день более широко известны препараты из семенников лосося и форели [6]. Именно они оказались самыми стандартизованными, их клиническая эффективность достаточно подтверждена. Хотя историческое первенство в получении PDRN остаётся за гидролизатом плаценты — данные о клинически доказанном прямом превосходстве плацентарного PDRN над рыбьими или растительными препаратами в части влияния на кожу пока отсутствуют [7].
Разные рыбьи продукты могут иметь различную маркировку. При этом в современных источниках подчёркивается, что граница между PN и PDRN не полностью стандартизована, а в клинической практике названия часто зависят от производителя бренда и разрешительно-регламентирующих документов. Однако не всякая указанная на упаковке косметического средства или медицинского изделия нуклеиновая кислота, sodium DNA, hydrolyzed DNA, плацентарный экстракт или salmon DNA (ДНК лосося) автоматически стоит причислять к PDRN [8].
В настоящее время начинает набирать силу веганская технология, в соответствии с которой ценный компонент добывают из растений, например, из пиона и боковых корней корейского женьшеня, из злаковых — риса и пшеницы, водорослей — хлореллы [9] и красной водоросли Porphyra sp., а также из цветов — лотоса и розы. В таких случаях в составе косметики PDRN растительного происхождения указывают как Phyto-PDRN, Sodium DNA, Hydrolyzed DNA и Phyto PDRN® Panax [10], [11].
Для производства PDRN применяются три разные по своим химическим реакциям технологии: рыбьи PDRN получают методом твёрдофазного биосинтеза с помощью специальных синтезаторов, для выделения растительных PDRN используется технология микрофлюидизации, а для сохранения заданных фракций PDRN в гидролизате плаценты применяется метод ферментативного гидролиза. Такое технологическое разнообразие определяет качество конечного продукта: концентрацию действующего вещества, молекулярный вес, проникающую способность, особенности механизмов усвоения клетками и проявляющиеся свойства PDRN. В любом случае, согласно заявлениям разных производителей, их общая задача — из длинносегментных молекул ДНК вычленить конкретные биополимеры только низкомолекулярных фракций, обеспечить многоступенчатую хроматографическую очистку от белков, антигенов и других примесей, а также стерилизацию для минимизации риска аллергических реакций и воспалительных процессов (табл. 2).
Современные технологии позволяют создавать разнообразные и эффективные топические косметические средства для домашнего и профессионального ухода. Как известно, размер молекул влияет на их способность проникать в кожу и взаимодействовать с тканями; для проникновения через роговой слой обычно подходят молекулы с массой менее 500 Дальтон. Вещества с молекулярным весом менее 200 Дальтон способны преодолевать трансдермальный барьер и внедряться в глубокие слои кожи, включая эпидермис и дерму, без дополнительной технологической помощи (рис. 1).
Молекулярная масса лососевых PDRN составляет 50–1500 кДа, а их молекулярные цепи насчитывают от 80 до 2200 пар оснований. В то же время растительные PDRN по массе молекул легче, что позволяет им проникать в глубокие слои кожи, без труда и особой транспортной системы проходя защитный барьер. В зависимости от методов обработки растительного сырья получают продукты с различной молекулярной массой — от 50 до 1000 кДа и более. При этом для косметических сывороток сбалансированным считается диапазон молекулярной массы 100–250 кДа. Технологи японского фармконцерна Japan Bio Products Co., Ltd. в 2009 году смогли получить микронизированную фракцию плацентарных PDRN молекулярной массой ниже 200 Да, но в составе с другими натуральными компонентами гидролизата плаценты, создать на его основе стерильный топический препарат Curacen Essence и установить тем самым новый стандарт PDRN [17].
Хотя клинические данные в области регенерации кожи и заживления ран получены главным образом при применении хорошо стандартизованных рыбьих препаратов (медицинских изделий), средства плацентарного происхождения заслуживают внимания профессионалов. Не только потому, что активная фракция, полученная именно из плаценты, исторически положила начало классу веществ и препаратов PDRN, но ещё и потому, что за многие десятилетия применения плацентарно-тканевой терапии (в России с 1933 года, в Японии — с 1954-го) наработан обширный клинический опыт у японских, корейских, китайских и российских учёных и врачей в отношении регенерации кожных тканей и заживления ран различной тяжести.
В настоящее время на рынке присутствует достаточное количество препаратов из гидролизата плаценты человека и животных (свиней, лошадей, мелкого и крупного рогатого скота) производства Японии, Южной Кореи, России, Китая и т.д. В их составе помимо PDRN содержится около 300 натуральных компонентов, в т.ч. нуклеиновые кислоты, пептиды, факторы роста, аминокислоты, цитокины и пр. Опубликованных исследований воздействия только плацентарных PDRN на кожу пока недостаточно, поэтому не корректно автоматически приписывать возможное преимущество плацентарных PDRN другим видам. Но стоит говорить об их неоспоримом биологическом потенциале, обусловленном структурно-компонентной схожестью, биохимической совместимостью и ресурсной ценностью в отношении различных органов человека и кожного покрова.
В последнее время учёные начали активнее проводить целевые исследования по плацентарным PDRN. Так, вышел обзор научных исследований за 2025 год, который раскрывает положительные результаты новых доклинических работ с фрагментированным ДНК, выделенным из мезенхимальных стволовых клеток плаценты человека [18].
МЕХАНИЗМ ДЕЙСТВИЯ PDRN
PDRN подаёт сигнал «тревога: поломка» — фрагменты собственного ДНК клеток кожи воспринимают его как знак, что соседние клетки повреждены, а значит, нужно активировать режим «тотальное восстановление» и запускать программу «ремонт». Поскольку структура PDRN очень похожа на ДНК человека, клетки кожи распознают его и могут использовать нуклеотиды как ресурсный материал — «запчасти», не вынуждая клетку тратить энергию на их синтез с нуля. Затем «отреставрированная» клетка начинает сама работать правильно, производя коллагеновые и эластиновые волокна, а также гиалуроновую кислоту (рис. 2).
Научными исследованиями подтверждено, что главный путь PDRN — опосредованная активация аденозинового А2А-рецептора после ферментативного распада PDRN; далее повышается сАМР, активируются РКА/Ерас2, подавляется NF-кВ, растут IL-10, HIF-1α и VEGF, усиливаются пролиферация фибробластов, ангиогенез и ремоделирование матрикса. Параллельно PDRN даёт субстраты для нуклеотидно-перерабатывающего salvage-пути, т.е. экономного ресинтеза нуклеотидов в повреждённой ткани. В новых обзорах обсуждаются и дополнительные exDNA-механизмы через TLR9 и цитозольные ДНК-сенсоры, но это пока скорее гипотеза, чем клинически подтверждённый стандарт [19].
КЛИНИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ
В рандомизированном исследовании Squadrito et al. (2014) 216 пациентам с язвами диабетической стопы в течение 8 недель вводили PDRN 5,625 мг/3 мл внутримышечно 5 дней в неделю и перилезионно (вокруг очага поражения) 2 дня в неделю. Полное закрытие язвы достигнуто у 37,3% пациентов при введении препарата и у 18,9% — при использовании плацебо. Переносимость была хорошей; в качестве побочного эффекта пациенты отмечали лёгкий зуд — это важный аргумент в пользу репаративного потенциала PDRN-препаратов. Пилотное рандомизированное исследование восстановления донорского лоскута после аутокожной трансплантации (Valdatta et al., 2004) показало ускорение реэпителизации и времени заживления при использовании PDRN [20].
Доказательства эффективности применения PDRN различного происхождения в эстетических целях, особенно при топическом нанесении, не столь многочисленны и основательны. Обзор 2025 года приводит данные по рандомизированным исследованиям двух половин лица с участием 27 человек: на обрабатываемой PN/PDRN-препаратом стороне лица отмечались положительные субъективно-оценочные GAIS-показатели к 16-й неделе использования. Выявлено улучшение состояния кожи, повышение удовлетворённости у респондентов своей внешностью и значительное снижение грубости кожи к 28-й неделе. В исследовании с участием 218 азиатских пациентов зафиксировано сокращение морщин в периорбитальной зоне на 61,4% за 12 недель использования PDRN. Нежелательные явления ограничивались лёгким отёком, болью, синяками, зудом и эритемой. При использовании инъекционного препарата «HP Cell Vitaran Skin Healer I» (Kim et al., 2022) отмечалось улучшение состояния кожи, текстуры и тона, уменьшение периорбитальных морщин и пор. У женщин, страдающих выпадением волос, применение препарата способствовало увеличению плотности волос на 17,9% и толщины на 13,5% [21].
Для топических и альтернативных форм препарата данные пока предварительные: PDRN, выделенный из пиона, в 4-недельном клиническом пилотном исследовании на 10 здоровых участниках продемонстрировал улучшение эластичности кожи периорбитальной зоны на 4,25% к 4-й неделе и ускоренное восстановление кожного барьера после обработки лаурилсульфатом натрия (нежелательных реакций не зарегистрировано). Это интересный факт для уходовой косметологии, но уровень доказательности существенно ниже, чем у полученных данных из исследований инъекционных ранозаживляющих препаратов [22].
ОСОБЕННОСТИ ПРАКТИЧЕСКОГО ПРИМЕНЕНИЯ
Показания к применению PDRN в косметологии
Применение с малоинвазивными методиками, в т.ч. микронидлинга, фотофореза и т.п.
Реабилитация после использования фракционного лазера [23], шлифовки и хирургических манипуляций.
Тонкая обезвоженная кожа с нарушенным барьером.
Огрубление кожи периорбитальной области.
Ранние морщины и проявления фотостарения.
Поствоспалительная эритема / постпроцедурное воспаление.
В монорежиме использование PDRN логичнее всего рассматривать как биоактиватор качественного улучшения состояния кожи, а не как замену филлера, мезонитей или лифтинг-средств. Инъекционные процедуры и косметические средства на основе PDRN не дают мгновенного wow-эффекта, результаты начинают проявляться по прошествии одной-двух недель. Для более быстрого визуального результата некоторые авторы рекомендуют комбинации с гиалуроновой кислотой. Однако в связи с тем, что PDRN усиливает трофику и может создавать депо воды в тканях, вряд ли целесообразно комбинировать его с удерживающим влагу компонентом, таким, например, как гиалуроновая кислота, поскольку имеется вероятность постпроцедурной отёчности. С одной стороны, введение гиалуроновой кислоты, обладающей способностью притягивать и удерживать воду в тканях, может приводить к временному увеличению объёма тканей и появлению отёчности. С другой стороны, PDRN, воздействуя на клеточные процессы и активируя фибробласты, повышает микроциркуляцию и оказывает противовоспалительное действие, что в некоторых случаях также может сопровождаться временным увеличением жидкости в тканях. Более отсроченный, но ощутимый результат и свой многофункциональный потенциал PDRN проявляет гораздо шире при сочетании с веществами, которые поддерживают и усиливают его основные свойства, а именно:
ранозаживляющее действие;
противовоспалительный эффект;
устранение отёчности;
повышение антиоксидантной защиты;
осветление.
Вспомогательными компонентами могут выступать аминокислоты, пептиды, факторы роста клеток, а также цитокины, действие которых направлено на активацию регенерации, восстановление защитного барьера, снижение трансэпидермальной потери влаги, укрепление иммунитета и ингибирование воспалительных реакций. Обзорные научные данные также свидетельствуют о целесообразности сочетания с лазерными и микроигольчатыми методиками, но только в рамках зарегистрированных протоколов и инструкций к конкретному продукту [24].
РЕКОМЕНДАЦИИ ДЛЯ ИНЪЕКЦИЙ PDRN РЫБЬЕГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ
Перед процедурой обязательна консультация врача-косметолога для оценки состояния кожи и выявления противопоказаний. PDRN-препараты не рекомендуются при аллергии на рыбу, т.к. в их состав входят структуры ДНК и/или РНК лососевых. Курс процедур подбирается индивидуально; обычно он состоит из 3–5 сеансов с интервалом 2–4 недели.
У зарегистрированных в России инъекционных PDRN-препаратов имеются стандартные противопоказания и рекомендации по мерам предосторожности для применения в эстетической практике:
отягощённый аллергический анамнез, в частности, на фоне реакций на продукты из рыбы, дерматиты, хронические дерматозы;
беременность и лактация;
возраст моложе 18 лет;
острые инфекционные заболевания;
воспаления кожи в активной фазе;
нарушение целостности кожных покровов в области введения;
тяжёлые соматические заболевания в стадии декомпенсации.
Также в индивидуальном порядке ввиду отсутствия надёжных контролируемых данных рекомендуется учитывать следующие особенности анамнеза пациента [25]:
нарушение гемостаза, склонность к осложнениям после филлеров;
онкологические заболевания и активные аутоиммунные состояния.
Концентрация вещества в зависимости от способа применения препарата, его стоимости и чистоты колеблется в диапазоне от 0,01 до 3%. В отношении форм выпуска и дозировок опираться следует прежде всего на инструкцию препаратов. Универсальной «дозы PDRN для лица» не существует: глубина, объём, кратность и интервалы между процедурами в публикациях различаются. В одном из клинических рандомизированных исследований для заживления ран использовали PDRN в концентрации 5,625 мг/3 мл. С целью коррекции эстетических недостатков препарат Rejuran применяли в концентрации 20 мг/мл. В работе предоставлены фотографии проведённых процедур, данные субъективной GAIS-оценки удовлетворённости внешним видом, а также побочные явления (эритема, зуд, синяки, отёк), динамика текстуры/эластичности кожи, трансэпидермальной потери влаги и опрос на аллергию к рыбе и морепродуктам при использовании PDRN рыбьего происхождения [26].
РАЗРЕШИТЕЛЬНО-РЕГЛАМЕНТИРУЮЩАЯ БАЗА
Сегодня всё ещё имеются некоторые слабые места в доказательной базе и нечёткие стандарты в области производства и маркетинга PDRN-препаратов. Во-первых, размытая граница между PN и PDRN — веществами, которые имеют разные молекулярные диапазоны и, соответственно, работают по-разному. Во-вторых, в печати присутствуют данные о брендах со специфичными формулами, преобладают небольшие исследования применения PDRN в эстетических целях. В то же время крупных независимых рандомизированных клинических исследований относительно мало. Особенно внимательно и разборчиво нужно относиться к заявлениям о «плацентарном превосходстве»: они биологически понятны, но пока не подтверждены прямыми сопоставительными клиническими исследованиями в части PDRN. Ценность плацентарных гидролизатов — в широте их природного компонентного состава, но это является ограничением для того, чтобы высокие показатели регенерационно-репаративных свойств плацентарных гидролизатов объяснить только наличием PDRN [27].
В разрешительном поле PDRN-содержащих инъекционных препаратов и косметических средств дела обстоят следующим образом. Итальянское Агентство по надзору за лекарственными средствами AIFA одобрило PDRN для заживления ран ещё в 1994 году. В Италии и Южной Корее описаны лекарственно-медицинские формы для репарации раневых участков и для посттрансплантационного восстановления. Однако в США Управление по контролю качества пищевых продуктов и лекарственных средств (FDA) в перечень одобренных дермальных филлеров и инъекций не включило PDRN-инъекции, в частности из ДНК лосося, и использовать неутверждённые организацией продукты не рекомендует.
В России разрешены к применению несколько инъекционных препаратов на основе PDRN, они используются в мезотерапии для омоложения и регенерации кожи.
Plinest («Плинест») — итальянский препарат, содержащий полинуклеотиды, полученные из молок лососевых рыб.
Bellarti Nucleo — российский препарат компании «Гротекс», получают из дикого лосося. По составу и принципу действия сопоставим с Plinest.
Nucleoform — линейка препаратов от российской компании Leistern. Nucleoform (20 мг/мл) содержит PDRN и противовоспалительный комплекс. Nucleoform Rich сочетает PDRN (15 мг/мл) и гиалуроновую кислоту (15 мг/мл).
Другие разрешённые препараты: ADN Restart от Mesopharm — российский препарат на основе PDRN и комплекса нуклеотидов.
Компания «Мезоформула» (ОЭЗ «Технополис Москва») выпускает биоревитализант Nucleospire DNA-RNA 2% (PDRN). В его составе — комплекс пуриново-пиримидиновых оснований (PDRN) рыбьего происхождения и гиалуроновая кислота. Также в России производится препарат «Неоколл® PDRN Strong». Это биорепарант с высоким содержанием PDRN дикого королевского лосося, действие которого усилено дополнительными ингредиентами. Все препараты за счёт ключевого компонента — PDRN — обладают регенерирующим, реструктуризирующим и биоревитализирующим действием, способствуют интенсивному восстановлению тканей, включая стимуляцию процессов репарации, запуск синтеза коллагена, выраженное противовоспалительное действие и мощный омолаживающий эффект. В ряде клинических случаев альтернативой PDRN-инъекциям могут выступать аппаратные, малоинвазивные и постпроцедурно-реабилитационные программы со стерильным топическим PDRN-содержащим препаратом Curacen Essence.
ВЫВОД
Таким образом, PDRN в монотерапии, в сочетанном применении с другими препаратами или в составе одного многокомпонентного препарата, в частности гидролизата плаценты, заслуживает внимания как перспективный мультифункциональный компонент регенерационно-репаративных процедур медицинского и косметологического назначения. Особый интерес для аппаратной и малоинвазивной косметологии представляют специализированные косметические средства на основе гидролизата плаценты с содержанием PDRN и поддерживающими их функции натуральными компонентами. Они могут служить удобной и допустимой альтернативой для пациентов, которым противопоказаны инъекции, а также выступать в качестве препаратов восстановительно-реабилитационного ухода после травматичных аппаратных методик.
РЕКОМЕНДУЕМАЯ ЛИТЕРАТУРА
1. Julia Lebiedzińska. Polydeoxyribonucleotides — the future of regenerative medicine. Aesthetic Cosmetology and Medicine, 2025, 14(3): 115–120.
2. Judit Danis et al. Differential Inflammatory Response Kinetics of Human Keratinocytes upon Cytosolic RNA– and DNA-Fragment Induction. International Journal of Molecular Sciences, 2018, 19(3), 774 10.
3. Aawrish Khan, Guobao Wang, Zhao-zhong Feng, Li Gong, Jun Zhang, Lili Qi, Haiyan Cui. Polydeoxyribonucleotide: A promising skin anti-aging agent. Chinese Journal of Plastic and Reconstructive Surgery. Vol. 4, Is. 4. Dec., 2022, p. 187–193.
4, 23. Mi Yu and Jun Young Lee. Polydeoxyribonucleotide improves wound healing of fractional laser resurfacing in rat model. Journal of Cosmetics, Dermatological Sciences and Applications, 2017, Vol. 19, Is. 1, Pages 43–48.
5, 15, 20, 26. https://doi.org/10.3389/fphar.2017.00224. Francesco Squadrito, Alessandra Bitto, Natasha Irrera, Gabriele Pizzino, Giovanni Pallio, Letteria Minutoli and Domenica Altavilla. Pharmacological Activity and Clinical Use of PDRN. Frontiers in Pharmacology, Volume 8 — 2017, 26 April 2017.
6. Tae-Hee Kim, Seong-Yeong Heo, Gun-Woo Oh, Soo-Jin Heo and Won-Kyo Jung. Applications of Marine Organism-Derived Polydeoxyribonucleotide: Its Potential in Biomedical Engineering. Marine Drugs, 2021, 19(6), p. 296.
7, 8, 14, 18, 19, 21, 24, 25, 27. https://www.mdpi.com/2076–3417/15/19/10437. Seokmuk Park, Seyeol Baek, Hee-Jae Shin, Ji-Seon Kim, Hye-In Gwon, Seunghee Bae, Sungkwan An. Polydeoxyribonucleotides as Emerging Therapeutics for Skin Diseases: Clinical Applications, Pharmacological Effects, Molecular Mechanisms, and Potential Modes of Action. Applied Sciences, 2025, 15 (19).
9. Park, J.M., Nam, G.B., Lee, E.S. et al. Effects of Chlorella protothecoides-derived polydeoxyribonucleotides on skin regeneration and wound healing. Archives of Dermatological Research, 317, 483 (2025).
10, 22. https://www.mdpi.com/1422–0067/27/1/220. Sun-Uk Bak, Min Sook Jung, Da Jung Kim, Hee Un Jin, Seung Youn Lee and Chae Eun An. Anti-Aging Efficacy of Low-Molecular-Weight Polydeoxyribonucleotide Derived from Paeonia lactiflora. International Journal of Molecular Sciences, 2026, 27(1), 220.
11. Kwang-Soo Lee, Soyeon Lee, Hyesoo Wang, Geonhee Lee, Seolyeong Kim, Yang-Hwan Ryu, Nicole Hyesoo Chang, Yong-Won Kang. Analysis of Skin Regeneration and Barrier-Improvement Efficacy of Polydeoxyribonucleotide Isolated from Panax Ginseng Adventitious Root. Molecules, 2023 Oct 24; 28 (21).
12. Hankyu Lee, Hyun-Jung Lee, Hyeon-Jun Jang, Hyeri Park and Gi Jin Kim. Human Placenta MSC-Derived DNA Fragments Exert Therapeutic Effects in a Skin Wound Model via the A2A Receptor. International Journal of Molecular Sciences, 2025, 26.
13. Кветной И.М., Полякова В.О., Палькова Г.Б. «Аллогенный препарат плаценты Мэлсмон®: современные возможности замедления старения кожи». Журнал «Инъекционные методы и процедуры», 2/2019, Издательский дом «Косметика & Медицина», ISBN/ISSN: 2076–3859.
16. https://www.mdpi.com/1467–3045/47/1/41. Doobyeong Chae, Sae-Woong Oh, Yoon-Seo Choi, Dae-Jung Kang, Chun-Woong Park, Jongsung Lee and Won-Sang Seo. First Report on Microbial-Derived Polydeoxyribonucleotide: A Sustainable and Enhanced Alternative to Salmon-Based Polydeoxyribonucleotide. Current Issues in Molecular Biology, 2025, 47 (1).
17. Радченко В.Г., Лазебник Л.Б., Гриневич В.Б., Радченко Д.В. Препарат плаценты Лаеннек как универсальный регулятор. Издательство ООО «ТинкоМаркетинг», 2022. С. 164. ISBN 978-5-6047448-1-9.
